Воспоминания о соревнованиях 1969 года

Человеку свойственно воскрешать в памяти приятное в былом. Одним из таких моментов в моей жизни в ориентировании был Теребень,- посёлок, территориально расположенный на юге Калужской области, граничащем с Брянской и Орловской областями. В окрестностях его 5-7 сентября 1969 года состоялись Четвертые Всесоюзные лично-командные туристские соревнования по ориентированию на местности. (Именно так назывался наш вид спорта в те времена. Лишь с 1975 года он начал именоваться «Спортивным ориентированием»). Подготовку и руководство соревнованиями осуществлял Брянский областной совет по туризму.

За неделю до Всесоюзных в Саранске состоялись Первые Всероссийские соревнования, которые уверенно выиграла команда нашей республики,- Татарской АССР, получив путевки в Брянск. Из Саранска команда прямиком направилась туда. Я же поехал в Казань,- нужно было решать бытовые вопросы. До Теребени я успел добраться только под вечер накануне соревнований. Ребята сразу же мне дали маленький  клочок карты полигона, расположенного по соседству с палаточным городком участников соревнований. На нем были расставлены несколько КП, характерных для предстоящих дистанций. Выйдя на полигон, сразу же понял, что карта на соревнованиях будет необычной: там вся местность и ориентиры трактовались по-новому, неизведанными доселе нами. Я знал, что карты соревнований подготовлены большой бригадой составителей (правда, в  то время их называли «рисовщиками») из  разных регионов под руководством Виктора Максимовича Алёшина. Его почерк я уже знал по карте Первых Всесоюзных зимних соревнований 1968 года в Калужской области. Там, на дистанции, я прекрасно  воспринимал на карте увиденное вдоль трассы. И это, конечно же, сказалось на результате,- занял высокое, пятое, место. В бригаде Алёшина работал и наш Саша Берман. И он, примерно за месяц до соревнований, в одном из разговоров сказал, что в Брянске будет «всё ново».

Вечером накануне старта Лев Михайлович Дятлов (представитель нашей команды) ознакомил нас с информацией о дистанциях, характере местности и особенностях карты предстоящего старта. Впервые услышали слово «мшаник», обозначавший болото с моховой растительностью, поросшее редкой кустарниковой порослью. (Недавно из-за любопытства заглянул в «Толковый словарь русского языка» Ожегова и в нём не обнаружил этого слова. А, вот, в более раннем словаре Даля это слово имеется. Но оно никакого отношения к обозначению характера местности не имеет, а означает строение, рубленные стены которого проконопачены мхом.  По словам Алёшина это новое слово в лексиконе ориентирования придумал Николай Николаевич Калиткин. Кстати, именно он оформил графически карту соревнований, которую с путем своего движения по дистанции прилагаю).  Лев Михайлович  со свойственной юристу манере (он был известнейшим в Казани адвокатом) сказал, что нам придется соревноваться по «творении» мощной бригады начальников дистанций и убедительным доказательством нашей правоты на дистанции будет результат,- результат высокий. И изрек: «Придерживайтесь на незнакомом пути принципа: тише едешь,-… выше будешь… в протоколе».

И, вот, я на старте. Конечно же, были притязания на хороший результат. Тому, успешные предыдущие выступления: за две недели до «Брянска» победил на чемпионате студенческого ДСО « Буревестник» с участием прибалтийских спортсменов, выполнив норматив мастера спорта, за неделю,- второе место на Всероссийских соревнованиях, немного уступив Аскольду Домбровскому из Горького (ныне Нижний Новгород).  Стартую вторым. А первым на дистанцию отправился рижанин Рудольф Аболс,- победитель предыдущих Всесоюзных соревнований в Горьком. Держу в руках необычную карту,- именно в обеих руках, ибо она была выполнена на толстой фотобумаге наподобие складывающейся картонной шахматной доски. Ничего подобного до этого не видел и в содержании самой карты. От увиденного рябило в глазах. Тем не менее, словно пропустив мимо глаз увиденное на полигоне и осязаемое взглядом  карту соревнований, я начал дистанцию по-старому. На первый контрольный пункт, отстоящий от старта в полутора километре, потратил сорок пять минут- вместо возможных, максимум, пятнадцати. Затем сделал две ошибки минуты по три: на третьем и десятом КП. Выбирал пути на длинных перегонах, можно сказать, идеальные и всё вроде выправлял. Но в конце дистанции, вылетев на местность, любовно названную авторами карт «Швейцарией» не сумел переключиться на необходимую скорость. Этот участок дистанции был сложный,- на нём не было никаких линейных ориентиров, за которые можно было бы зацепиться. Всё казалось однообразным. На два КП (двенадцатый и тринадцатый) потратил целый час. Случайно набрел на четырнадцатый, и от него уже взял всё-таки тринадцатый КП. Моё время на финише- три часа восемь минут с секундами. Время победителя Родриго Славиньша из Латвии- один час пятьдесят минут. А участник, занявший десятое место, проиграл ему,- (страшно подумать!) тридцать минут. Подобное происходило и в соревнованиях женщин. Ошибались многие из-з непривычности местности и карты.  Мне, конечно же, было обидно, что сорвался, а  Аскольд Домбровский  и челябинец Вадим Горяинов, вместе с которыми я неделю тому назад стоял на пьедестале в Саранске заняли соответственно второе и седьмое места. Да и среди своих по команде я показал лишь третий результат, который оказался  сороковым среди пятидесяти восьми участников.

На этих соревнованиях наша команда выступила хорошо, заняв в общекомандном зачете седьмое место. Могли быть выше,- но нас подвели юноши, заняв во всех видах программы предпоследние места. Среди российских команд мы стали лучшими, снова, как и в Саранске, оставив горьковчан строчкой ниже. Конечно же, нам было приятно от успешного выступления команды и это затушевывало мое неудачное выступление.

Недавно я разговаривал со Славиньшем и харьковчанином Геной Корчевским, который на тех соревнованиях показал девятый результат, проиграв Родриго двадцать семь минут. Я Славиньшу задал три вопроса: «Как ты, по прошествии почти полвека, оцениваешь местность соревнований, карту и свое выступление?». Родриго ответил, что за шесть лет выступлений до этих соревнований такой интересной разнообразной местности он не встречал и что карта идеально воспроизводило её особенности. А о своём выступлении он сказал, что везде сверял свое местоположение при пересечении линейных ориентиров и на сложных участках выходил к пунктам по цепочке ориентиров, не допуская ошибок. Гена сказал, что ошибся один раз. И по крупному: на длинном перегоне в середине дистанции потерял двадцать минут. А «Швейцарию» прошел осторожно и вел себя по цепочке ориентиров. То же самое мне четыре года тому назад говорил Аскольд. А, вот, мне такое на этом конечном участке дистанции осуществить не удалось. И это послужило мне уроком на последующие годы моего ориентирования, которые были для меня весьма успешными.

В своей книге воспоминаний я одну из глав озаглавил «Алешинские узоры», где карту тех Всесоюзных соревнований назвал «революционной». А недавно от Виктора Максимовича я узнал, что он в своей книге в соавторстве с В.Пызгаревым еще в 2007 году окрестил эту карту «революционной». Значение слова «революция» в «Толковом словаре русского языка» Ожегова трактуется как коренной переворот, резкий скачкообразный переход от одного качественного состояния к другому. То, что и произошло в Теребени сорок восемь лет тому назад под руководством Виктора Максимовича Алешина. С уверенностью могу сказать: Теребень явился предтечей отечественной картографии спортивного ориентирования, признанной одной из лучших в мире и служащей плацдармом побед российских ориентировщиков на мировых чемпионатах.

Соревнования по ориентированию приурочены, как правило, к отдаленным от городов-центров соревнований небольшим населенным пунктам, названия которых со временем забываются. Когда у Гены Корчевского спросил,- помнит ли он  брянский «Союз», он мне тут же выпалил,- как же не помнить Теребень.

Когда Виктор Максимович пригласил меня на соревнования «Жемчужины России - 2017», я с удовольствием принял его приглашение. И буду рад увидеть  увиденное и воспринятое мною в Теребени в те далекие годы, по прошествии многих лет наверняка изменившихся. Но память их хранит, и хранит крепко,-как наяву.

Ю.Баранов (Казань-2017)